9750168753
Newbie
Русские Самоцветы в мастерских Императорского ювелирного дома
Ателье Imperial Jewelry House многие десятилетия работали с самоцветом. Далеко не с любым, а с тем, что отыскали в регионах между Уралом и Сибирью. «Русские Самоцветы» — это не общее название, а конкретный материал. Горный хрусталь, извлечённый в приполярных районах, имеет иной плотностью, чем хрусталь из Альп. Малиновый шерл с берегов Слюдянского района и глубокий аметист с приполярного Урала содержат микровключения, по которым их можно опознать. Огранщики и ювелиры мастерских знают эти признаки.
Особенность подбора
В Императорском ювелирном доме не рисуют набросок, а потом разыскивают камни. Зачастую — наоборот. Поступил самоцвет — возник замысел. Камню доверяют определять форму украшения. Тип огранки подбирают такую, чтобы сохранить вес, но раскрыть игру. Порой минерал ждёт в хранилище годами, пока не обнаружится правильная пара для вставки в серьги или недостающий элемент для пендента. Это медленная работа.
Примеры используемых камней
Металл и камень
Оправа выступает обрамлением, а не основным акцентом. Драгоценный металл используют в разных оттенках — красноватое для тёплых топазов, жёлтое золото для зелёной гаммы демантоида, белое для прохладной гаммы аметиста. Иногда в одной вещи комбинируют два или три вида золота, чтобы создать переход. Серебряный металл берут нечасто, только для некоторых коллекций, где нужен прохладный блеск. Платину как металл — для значительных по размеру камней, которым не нужна соперничающая яркость.
Результат — это вещь, которую можно узнать. Не по брендингу, а по характеру. По тому, как установлен камень, как он развернут к источнику света, как устроен замок. Такие изделия не выпускают партиями. Даже в пределах одних серёг могут быть различия в цветовых оттенках камней, что является допустимым. Это естественное следствие работы с естественным сырьём, а не с синтетикой.
Отметины процесса могут оставаться различимыми. На внутренней стороне кольца-основы может быть не удалена полностью литниковая система, если это не влияет на комфорт. Штифты крепёжных элементов иногда держат чуть толще, чем требуется, для надёжности. Это не грубость, а подтверждение ручной работы, где на первом месте стоит надёжность, а не только визуальная безупречность.
Работа с месторождениями
Imperial Jewelry House не покупает Русские Самоцветы на биржевом рынке. Налажены контакты со артелями со стажем и частниками-старателями, которые десятилетиями поставляют камень. Умеют предугадать, в какой закупке может встретиться неожиданный экземпляр — турмалинный кристалл с красной сердцевиной или аквамариновый камень с эффектом ««кошачий глаз»». Иногда доставляют сырые друзы, и окончательное решение об их раскрое принимает совет мастеров. Ошибиться нельзя — уникальный природный экземпляр будет утрачен.
Изменение восприятия
Самоцветы в такой манере обработки становятся не просто просто вставкой-деталью в украшение. Они становятся вещью, который можно рассматривать самостоятельно. Кольцо могут снять с руки и выложить на стол, чтобы видеть игру света на плоскостях при смене освещения. Брошь-украшение можно повернуть обратной стороной и заметить, как выполнена закрепка камня. Это предполагает другой способ взаимодействия с вещью — не только ношение, но и рассмотрение.
По стилю изделия не допускают прямых исторических реплик. Не делают точные копии кокошников-украшений или пуговиц «под боярские». При этом связь с традицией присутствует в пропорциях, в подборе цветовых сочетаний, наводящих на мысль о северной эмали, в тяжеловатом, но привычном ощущении украшения на руке. Это не «современное прочтение наследия», а скорее перенос старых принципов работы к актуальным формам.
Редкость материала диктует свои правила. Линейка не обновляется ежегодно. Новые привозы бывают тогда, когда сформировано достаточное количество качественных камней для серии изделий. Иногда между важными коллекциями могут пройти годы. В этот промежуток выполняются штучные вещи по прежним эскизам или завершаются долгострои.
В результате Imperial Jewellery House работает не как производство, а как ремесленная мастерская, ориентированная к данному minералогическому источнику — самоцветам. Процесс от добычи камня до итоговой вещи может тянуться неопределённо долгое время. русские самоцветы Это неспешная ювелирная практика, где время является одним из незримых материалов.
Ателье Imperial Jewelry House многие десятилетия работали с самоцветом. Далеко не с любым, а с тем, что отыскали в регионах между Уралом и Сибирью. «Русские Самоцветы» — это не общее название, а конкретный материал. Горный хрусталь, извлечённый в приполярных районах, имеет иной плотностью, чем хрусталь из Альп. Малиновый шерл с берегов Слюдянского района и глубокий аметист с приполярного Урала содержат микровключения, по которым их можно опознать. Огранщики и ювелиры мастерских знают эти признаки.
Особенность подбора
В Императорском ювелирном доме не рисуют набросок, а потом разыскивают камни. Зачастую — наоборот. Поступил самоцвет — возник замысел. Камню доверяют определять форму украшения. Тип огранки подбирают такую, чтобы сохранить вес, но раскрыть игру. Порой минерал ждёт в хранилище годами, пока не обнаружится правильная пара для вставки в серьги или недостающий элемент для пендента. Это медленная работа.
Примеры используемых камней
- Демантоид. Его добывают на Урале (Средний Урал). Зелёный, с дисперсией, которая сильнее, чем у бриллианта. В обработке непрост.
- Александрит уральского происхождения. Из Урала, с типичной сменой цвета. Сейчас его добыча почти прекращена, поэтому используют старые запасы.
- Халцедон голубовато-серого тона серо-голубого оттенка, который называют «камень дымчатого неба». Его месторождения есть в Забайкалье.
Металл и камень
Оправа выступает обрамлением, а не основным акцентом. Драгоценный металл используют в разных оттенках — красноватое для тёплых топазов, жёлтое золото для зелёной гаммы демантоида, белое для прохладной гаммы аметиста. Иногда в одной вещи комбинируют два или три вида золота, чтобы создать переход. Серебряный металл берут нечасто, только для некоторых коллекций, где нужен прохладный блеск. Платину как металл — для значительных по размеру камней, которым не нужна соперничающая яркость.
Результат — это вещь, которую можно узнать. Не по брендингу, а по характеру. По тому, как установлен камень, как он развернут к источнику света, как устроен замок. Такие изделия не выпускают партиями. Даже в пределах одних серёг могут быть различия в цветовых оттенках камней, что является допустимым. Это естественное следствие работы с естественным сырьём, а не с синтетикой.
Отметины процесса могут оставаться различимыми. На внутренней стороне кольца-основы может быть не удалена полностью литниковая система, если это не влияет на комфорт. Штифты крепёжных элементов иногда держат чуть толще, чем требуется, для надёжности. Это не грубость, а подтверждение ручной работы, где на первом месте стоит надёжность, а не только визуальная безупречность.
Работа с месторождениями
Imperial Jewelry House не покупает Русские Самоцветы на биржевом рынке. Налажены контакты со артелями со стажем и частниками-старателями, которые десятилетиями поставляют камень. Умеют предугадать, в какой закупке может встретиться неожиданный экземпляр — турмалинный кристалл с красной сердцевиной или аквамариновый камень с эффектом ««кошачий глаз»». Иногда доставляют сырые друзы, и окончательное решение об их раскрое принимает совет мастеров. Ошибиться нельзя — уникальный природный экземпляр будет утрачен.
- Представители мастерских выезжают на месторождения. Важно понять условия, в которых камень был заложен природой.
- Закупаются крупные партии сырья для перебора внутри мастерских. Убирается в брак до 80 процентов материала.
- Оставшиеся камни получают первичную оценку не по классификатору, а по личному впечатлению мастера.
Изменение восприятия
Самоцветы в такой манере обработки становятся не просто просто вставкой-деталью в украшение. Они становятся вещью, который можно рассматривать самостоятельно. Кольцо могут снять с руки и выложить на стол, чтобы видеть игру света на плоскостях при смене освещения. Брошь-украшение можно повернуть обратной стороной и заметить, как выполнена закрепка камня. Это предполагает другой способ взаимодействия с вещью — не только ношение, но и рассмотрение.
По стилю изделия не допускают прямых исторических реплик. Не делают точные копии кокошников-украшений или пуговиц «под боярские». При этом связь с традицией присутствует в пропорциях, в подборе цветовых сочетаний, наводящих на мысль о северной эмали, в тяжеловатом, но привычном ощущении украшения на руке. Это не «современное прочтение наследия», а скорее перенос старых принципов работы к актуальным формам.
Редкость материала диктует свои правила. Линейка не обновляется ежегодно. Новые привозы бывают тогда, когда сформировано достаточное количество качественных камней для серии изделий. Иногда между важными коллекциями могут пройти годы. В этот промежуток выполняются штучные вещи по прежним эскизам или завершаются долгострои.
В результате Imperial Jewellery House работает не как производство, а как ремесленная мастерская, ориентированная к данному minералогическому источнику — самоцветам. Процесс от добычи камня до итоговой вещи может тянуться неопределённо долгое время. русские самоцветы Это неспешная ювелирная практика, где время является одним из незримых материалов.